понедельник, 8 августа 2011 г.
"Плотницкое чудо"
Не случайно Нью-Мехико называют «Страной Очарования». Её просторы покрыты полями шалфея. Пурпурные горы увенчаны облаками. Величественны сосны. На склонах холмов приютились глинобитные домишки. Бесчисленны предметы искусства. Очаровывает переплетение культур от конкистадоров и команчей до ковбоев.
И в этой стране очарования есть чудо-часовня.
В городке Санто Фе в квартале от отеля Ля Фонда вы найдёте Часовню Лоретте, а, ступив за железные врата, окажетесь не просто во дворе часовни, вы попадёте в другую эпоху.
Задержитесь на минутку под раскидистыми ветвями древних деревьев. Представьте себе, как всё выглядело в 1878 году, когда мексиканские плотники строили эту часовню.
Вы видите поселенцев, шлёпающих по грязи? Вы слышите крик ослов? Скрип колёс? Видите солнце раннего утра, играющего на готике часовни, такой простой и такой прекрасной. Часовня стоит на фоне пустынных холмов. Пять лет ушло на её строительство. Сработанная по проекту парижской Часовни Святителей, она имеет изящной постройки святилище с алтарём, витражи в форме роз и хоры.
Именно в клиросе кроется чудо.
Стой вы в отстроенной часовне Лоретте в 1878 году, то, возможно, увидели бы её сестёр, с несчастным видом смотрящих на балкон. Почти всё было готово: пол настлан, двери повешены, скамьи поставлены. Всё было закончено. Даже клирос. Всё кроме одного. Туда не было ступеней.
Часовня была слишком маленькая, чтобы разместить в ней обычную лестницу. Лучшие строители края, приглашённые для консультации, отрицательно покачивали головами. "Невозможно…" - мямлили они. Да, места было недостаточно, и любая используемая по прямому назначению лестница испортила бы внутреннее убранство часовни.
Сестры Лоретте, чья решимость привела их из Кентукки в Санто Фе, на этот раз встретились лицом к лицу с препятствием, более вызывающим, чем предпринятое ими путешествие - с лестницей, которую невозможно было построить.
Каких-то несчастных неподатливых пятнадцать футов отделяло их от того, о чём они мечтали, и от того, что они могли бы сделать в Санто Фе.
Так что же предприняли они? Единственное, что могли. Они взошли на гору. Не на высокие горы близ Санто Фе, Нет, они поднялись выше. Они взошли на ту же самую гору, на которую 1800 годами раньше в Вифсаиде поднялся Иисус. Они поднялись на гору молитвы.
***
"Он взошёл на гору помолиться наедине" (Мф.14:23).
В тот день Иисус столкнулся с труднейшим заданием. Более пяти тысяч человек были готовы сразиться в бою, не ради которого Он пришёл в мир. Как Он мог показать им, что пришёл не для того, чтобы стать царём, а чтобы принести себя в жертву? Как Он мог отвратить их взор от земного царства, чтобы они могли увидеть Царство Духа? Как они могли узреть вечное, когда обращали свой взор только на мирское?
Казалось, непреодолимая бездна разделяла то, о чём мечтал Иисус, и что мог сделать. Поэтому Он молился.
Мы не знаем о чём была молитва, но у меня есть несколько собственных предположений:
• Он молился о том, чтобы глаза, ослеплённые могуществом власти, сумели увидеть Божественную Истину.
• Он молился о том, чтобы ученики, испытывающие головокружение от успехов, сумели выдержать горечь поражения.
• Он молился о том, чтобы вожди, жаждущие власти, последовали бы за Ним на крест.
• Он молился о том, чтобы люди, просящие хлеба насущного для живота своего, испытывали голод по хлебу духовному.
Он молился о том, чтобы свершилось невозможное.
А может быть, я ошибаюсь. Может быть, Он не просил ни о чём. Может быть, Он просто замер в Божественном Присутствии и отдавался на милость Его Величия. А возможно, Он сложил Своё измученное борьбой Я к Его Трону и отдыхал.
Может, Он отрешился от мирской смуты, такой длительной, что Божий ответ не услыхать. А может припомнилось Ему, что жестокосердные не досаждают Небесному Отцу, и что люди, создающие проблемы, не тревожат Предвечного.
Мы не знаем, что делал и что говорил Иисус, но результат известен точно. Скала молитвы стала камнем, что кладут, дабы преодолеть водную преграду. Буря стала тропою. А ученики увидели Иисуса так, как они никогда Его прежде не видели.
Была буря, Иисус молился. Темнело небо, выл ветер, Он всё молился. Люди в лодке ворчали - сомнение охватило учеников, Он всё молился. Вынужденный выбирать между людскими устремлениями и восхождением к вершине молитвы, Он молился.
Иисус не пытался решить вопрос в одиночку. Так почему мы должны поступать иначе?
В нашей жизни есть пропасти, которых не преодолеть одному. В нашем мире есть люди, чьи сердца нам самим не изменить. И горы покоряются только, когда на них взойдёте.
Дерзайте, и открывшийся вид удивит вас.
Сестры Лоретте были удивлены.
А история часовни продолжается; монахини молились девять дней. И вот в последний день поста в монастыре появился плотник, бородатый мексиканец с обветренным загоревшим лицом. Он объяснил, что прослышал, будто им нужна лестница на хоры часовни. Он подумал, что мог бы помочь.
Матери-настоятельнице нечего было терять, поэтому она дала своё согласие.
Он принялся за работу, имея простые инструменты, кропотливое терпение и непостижимое мастерство. Он работал восемь месяцев.
Однажды утром Сестры Лоретте вошли в часовню и увидели, что их молитва услышана. Шедевр плотницкого умения поднимался спиралью от пола до хоров. Лестница в два полных оборота с тридцатью тремя ступенями была скреплена деревянными штифтами и не имела центральной опоры! Говорят, что строительным материалом лестницы является разновидность ели твёрдой породы, дерева, несуществующего в Нью-Мехико.
Когда сестры обернулись, чтобы поблагодарить умельца, его уже не было. Его больше никогда не видели. Он не просил денег. Он не просил почестей. Это был простой плотник, сумевший сделать то, что другие сделать не сумели, чтобы певцы подняли на хоры и пели.
Если хотите, можете убедиться в этом сами. Отправляйтесь в Страну Очарования. Войдите в эту часовню Удивительного и станьте свидетелем плодов молитвы.
Или, если хотите, поговорите с Великим Плотником сами. В вашем мире Он уже совершил невероятный подвиг. Он, как и плотник из Санто Фе, построил лестницу, которую не сумел построить никто другой. Он, подобно тому безымянному умельцу, использовал строительный материал другого мира. Он, подобно тому мастеру, пришёл, чтобы перекинуть мост от того места, где вы находитесь, туда, где хотите быть.
Каждому году Его жизни соответствует ступень. Их тридцать три. Каждая ступень лестницы - это отвеченная молитва. Он построил её, чтобы вы могли подняться по ней.
И петь.
Перевод: Валькова Н.Д. (глава из книги Макса Лукадо).
воскресенье, 7 августа 2011 г.
Что такое любовь
Очень часто, проповедуя, или говоря с людьми о любви, о семье, привожу одно выражение которое мне понравится: "Любовь - это не столько чувства, сколько жертва"...
И вот сегодня утром читая новости, я наткнулся на статью, которая подтверждает эту мысль:
Роберт Герреро отказался от чемпионского титула
[Профессиональный бокс] Подготовил: Владимир Сосновский,
Чемпион IBF в первом легком весе Роберт Герреро принял решение отказаться от титула ради ухода за своей 26-летней женой Кейси, которая сейчас находится в больнице и лечится от лейкемии. «С большим сожалением я объявляю об отказе от своего чемпионского титула в первом легком весе, для завоевания которого я и моя команда приложили столько сил, — говорится в заявлении боксера для прессы. — Думаю, что мое решение дать другим боксерам шанс на завоевание этого титула сослужит пользу боксу и всем его поклонникам. Сейчас я думаю только о любви всей моей жизни, о моей жене Кейси, так как, несомненно, нам противостоит самый главный враг нашей жизни — рак».
Диагноз Кейси Герреро был поставлен еще в 2007 году, и после первого курса лечения наступила ремиссия, однако недавно ее состояние вновь ухудшилось, и ей была сделана пересадка костного мозга, а также проведен курс химиотерапии. Результаты лечения станут известны в ближайшие пару недель. Напомним, что Герреро планировал перейти в легкий вес, однако болезнь жены, с которой он знаком с детства, вынудила его отказаться от назначенного на 27 марта поединка против обладателя временного титула WBO в легком весе Майкла Катсидиса. Промоутер Герреро Оскар Де Ла Хойя пообещал, что, когда боксер решит вернуться на ринг, он приложит все усилия к тому, чтобы организовать для него бой за чемпионский титул. (Фото: Trufanboxing.com)
взято с сайта: http://allboxing.ru/archives/2010-02-17_06_44.html
И вот сегодня утром читая новости, я наткнулся на статью, которая подтверждает эту мысль:
Роберт Герреро отказался от чемпионского титула
[Профессиональный бокс] Подготовил: Владимир Сосновский,
Чемпион IBF в первом легком весе Роберт Герреро принял решение отказаться от титула ради ухода за своей 26-летней женой Кейси, которая сейчас находится в больнице и лечится от лейкемии. «С большим сожалением я объявляю об отказе от своего чемпионского титула в первом легком весе, для завоевания которого я и моя команда приложили столько сил, — говорится в заявлении боксера для прессы. — Думаю, что мое решение дать другим боксерам шанс на завоевание этого титула сослужит пользу боксу и всем его поклонникам. Сейчас я думаю только о любви всей моей жизни, о моей жене Кейси, так как, несомненно, нам противостоит самый главный враг нашей жизни — рак».
Диагноз Кейси Герреро был поставлен еще в 2007 году, и после первого курса лечения наступила ремиссия, однако недавно ее состояние вновь ухудшилось, и ей была сделана пересадка костного мозга, а также проведен курс химиотерапии. Результаты лечения станут известны в ближайшие пару недель. Напомним, что Герреро планировал перейти в легкий вес, однако болезнь жены, с которой он знаком с детства, вынудила его отказаться от назначенного на 27 марта поединка против обладателя временного титула WBO в легком весе Майкла Катсидиса. Промоутер Герреро Оскар Де Ла Хойя пообещал, что, когда боксер решит вернуться на ринг, он приложит все усилия к тому, чтобы организовать для него бой за чемпионский титул. (Фото: Trufanboxing.com)
взято с сайта: http://allboxing.ru/archives/2010-02-17_06_44.html
понедельник, 1 августа 2011 г.
Кто шагает правой???
В современном обществе часто можно услышать слово «сектант».Оно изначально несёт в себе негативную смысловую нагрузку. Этим словом клеймят тех, кто «не угоден». Им называют тех, кто верит не так, как обычно верят "большинство"... Кавычки не случайны – это самое пресловутое «большинство», в силу своих умозаключений и принципов, причисляют «инакомыслящих» к другому лагерю.
Я против, когда в обществе появляется некий культ - будь-то личности, или ещё чего-то. Не случайно Библия наставляет нас, чтобы мы не создавали себе кумиров, идолов. Потому, что создав очередного «бога», начинается культивация поклонения ему. А это – порабощает людей, «ломает» их личности, стирает самобытность и индивидуальность народа. Как тут не вспомнить Маяковского, с его «Маршем»?
- Флагами небо оклеивай!
Кто там шагает правой?
Левой!
Левой!
Левой!
Среди такого «единошагания» всегда были и будут люди, которые «не попадают в такт»…Для шагающих не впопад «большинство» придумало строгое взыскание - "все кто не с нами - против нас…». Сообщество «большинства» отгораживается от инакомыслящих, как от чумы, считая их источником всякого зла…их клеймят позором «непохожести на нормальных людей», на них лгут – потому что боятся. «Большинство» желает бесконечно долго продолжать чеканить речитатив «всем маршировать левой!»
А «сектанты» им мешают…
Так и в вопросах веры. На простой вопрос: «Верите ли вы в Бога?", люди часто отвечают «верю…но по-своему. Бог у меня в душе…». И никому не придёт даже в голову назвать таких людей сектантами, потому что так думает и отвечает «большинство». Но стоит только собраться группе людей, чтобы вместе молиться, читать Библию, рассуждать – «большинство» тут как тут: «эй, вы! Вы не так верите, «как надо»!Ваши рассуждения…это никак не вписывается в понимание «большинства». Вы – не такие…вы не шагаете «левой»! Вы - сектанты! БЕЙ СЕКТАНТОВ!». Но вот в чём смысл: кто может указывать как верить?
Однажды, я задал вопрос священнику: "Был ли Иисус «сектантом?». «Был», - ответил он – «но потом Православие стало государственной религией и вытеснило всех «остальных". Что ж, может так он и было… Но Тот Самый Иисус говорит о неком «узком» пути, по которому нам следует идти. И Сам же говорит о Себе - что Он и есть этот Путь. А это значит, что нам следует идти по этому Пути - подражать Ему, стараться жить как Он, делать дела как Он. А не становиться теми, кто выписывает лицензию на то, «кто сектант, а кто нет».
Тот же священник, с которым я беседовал, задал мне встречный вопрос: «А вы - кого называете сектантом?" Мой ответ прост: "всякий кто не работает на то, чтобы общество вокруг него стало лучше, и есть сектант". И даже при этом я не берусь кого-то судить, ведь кто знает - а не осужу ли я при этом угодного Богу человека? И при этом буду думать, что сам являюсь угодником Бога?!
Я не призываю к толерантности. В Европе это слово стало чуть ли не новой религией. Там - гомосексуалистов и извращенцев принимать и терпеть научились, а Назаретянина Иисуса и Библию - требуют убрать из школ. Разве это не бред?! Мне нравится термин, используемы в православии - "Царский Путь". Это путь, по которому Иисус въезжал в Иерусалим. По сторонам – обочинам, стояли люди…Нам всем следует научиться, стоя по разные стороны – придерживаться «середины»… Избегать в своих умозаключений и действиях крайностей – «обочин». Потому что, когда надо будет следовать за Богом – наши ряды сомкнутся и нам придётся следовать за ним плечом к плечу. Вот только тогда мы сможем говорить о том, что народ, общество начало вставать с колен... Может быть тогда, мы прекратим относиться к кому-то как к «второсортному», только потому, что он не так, или не совсем так верит?! Или как говорил в своё время Святой Августин: " В главном - единство, во второстепенном - свобода, во всем - любовь".
Любите друг друга. Дарите вокруг себя радость. Просто делайте то, чего хотели бы, чтобы делали люди по отношению к вам. Это касается и… "большинства"
Я против, когда в обществе появляется некий культ - будь-то личности, или ещё чего-то. Не случайно Библия наставляет нас, чтобы мы не создавали себе кумиров, идолов. Потому, что создав очередного «бога», начинается культивация поклонения ему. А это – порабощает людей, «ломает» их личности, стирает самобытность и индивидуальность народа. Как тут не вспомнить Маяковского, с его «Маршем»?
- Флагами небо оклеивай!
Кто там шагает правой?
Левой!
Левой!
Левой!
Среди такого «единошагания» всегда были и будут люди, которые «не попадают в такт»…Для шагающих не впопад «большинство» придумало строгое взыскание - "все кто не с нами - против нас…». Сообщество «большинства» отгораживается от инакомыслящих, как от чумы, считая их источником всякого зла…их клеймят позором «непохожести на нормальных людей», на них лгут – потому что боятся. «Большинство» желает бесконечно долго продолжать чеканить речитатив «всем маршировать левой!»
А «сектанты» им мешают…
Так и в вопросах веры. На простой вопрос: «Верите ли вы в Бога?", люди часто отвечают «верю…но по-своему. Бог у меня в душе…». И никому не придёт даже в голову назвать таких людей сектантами, потому что так думает и отвечает «большинство». Но стоит только собраться группе людей, чтобы вместе молиться, читать Библию, рассуждать – «большинство» тут как тут: «эй, вы! Вы не так верите, «как надо»!Ваши рассуждения…это никак не вписывается в понимание «большинства». Вы – не такие…вы не шагаете «левой»! Вы - сектанты! БЕЙ СЕКТАНТОВ!». Но вот в чём смысл: кто может указывать как верить?
Однажды, я задал вопрос священнику: "Был ли Иисус «сектантом?». «Был», - ответил он – «но потом Православие стало государственной религией и вытеснило всех «остальных". Что ж, может так он и было… Но Тот Самый Иисус говорит о неком «узком» пути, по которому нам следует идти. И Сам же говорит о Себе - что Он и есть этот Путь. А это значит, что нам следует идти по этому Пути - подражать Ему, стараться жить как Он, делать дела как Он. А не становиться теми, кто выписывает лицензию на то, «кто сектант, а кто нет».
Тот же священник, с которым я беседовал, задал мне встречный вопрос: «А вы - кого называете сектантом?" Мой ответ прост: "всякий кто не работает на то, чтобы общество вокруг него стало лучше, и есть сектант". И даже при этом я не берусь кого-то судить, ведь кто знает - а не осужу ли я при этом угодного Богу человека? И при этом буду думать, что сам являюсь угодником Бога?!
Я не призываю к толерантности. В Европе это слово стало чуть ли не новой религией. Там - гомосексуалистов и извращенцев принимать и терпеть научились, а Назаретянина Иисуса и Библию - требуют убрать из школ. Разве это не бред?! Мне нравится термин, используемы в православии - "Царский Путь". Это путь, по которому Иисус въезжал в Иерусалим. По сторонам – обочинам, стояли люди…Нам всем следует научиться, стоя по разные стороны – придерживаться «середины»… Избегать в своих умозаключений и действиях крайностей – «обочин». Потому что, когда надо будет следовать за Богом – наши ряды сомкнутся и нам придётся следовать за ним плечом к плечу. Вот только тогда мы сможем говорить о том, что народ, общество начало вставать с колен... Может быть тогда, мы прекратим относиться к кому-то как к «второсортному», только потому, что он не так, или не совсем так верит?! Или как говорил в своё время Святой Августин: " В главном - единство, во второстепенном - свобода, во всем - любовь".
Любите друг друга. Дарите вокруг себя радость. Просто делайте то, чего хотели бы, чтобы делали люди по отношению к вам. Это касается и… "большинства"
суббота, 30 июля 2011 г.
Если рыбаки не ловят рыбу
"Иисус, выйдя, увидел множество народа и сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много". (Мар.6:34)
"И, выйдя, Иисус увидел множество людей и сжалился над ними, и исцелил больных их". (Матф.14:14)
Хорошо, что эти строчки написаны не обо мне. Хорошо, что тысячи людей не завесили от меня, чтобы их научили и накормили. Особенно в день, когда я только что услышал о смерти своего дорого друга. Особенно, когда мне хотелось побыть одному с друзьями. Особенно после того, как я сел в лодку, чтобы скрыться от толпы. Будь я на месте Иисуса на том берегу Вефсаиды, эти строчки читались бы как-нибудь так:
Они были как овцы без пастыря. А Макс Лукадо повелел им прекратить пастись на его пастбище и отправляться назад в свои овчарни. Когда Макс высадился на берег и увидел большую толпу, он пробормотал что-то о том, как трудно было получить выходной и вызвал по рации вертолет. Потом вместе с учениками спрятался на частной вилле.
Хорошо, что я не отвечал за тех людей. У меня не было бы настроения учить их, не было бы охоты помогать им. У меня даже не было бы желания быть с ними.
Но как мне кажется, у Иисуса тоже не было желания быть с ними. В конце концов, Он и вправду покинул их, не так ли? У Него, несомненно, было намерение удалиться и побыть одному. Что же заставило Его передумать и провести день с людьми, встречи с которыми Он пытался избежать?
Где ответ? Взгляните на четыре слова из Евангелия от Матфея 14:14:
"Он сжалился над ними".
В этом абзаце греческое слово, взятое для выражения жалости, - splagcni-zomai не будет многое значить для вас, если вы не врач и не изучали "спланхнизоманию" в вузе. Если всё-таки изучали, то помните, что "спланхнизомания" это болезнь внутренних частей организма, или на современном жаргоне болезнь нутра.
Когда Матфей пишет, что Иисус имел жалость к людям, он не говорит, что Иисус испытал неожиданный прилив жалости к ним. Нет, термин куда более наглядный, Матфей говорит, что Иисус ощущал их боль Своим нутром:
* Он чувствовал хромоту увечного.
* Он чувствовал страдания больного. (это фото взято с сайта: http://www.rian.ru/photolents/20090601/172563115_5.html)
* Он чувствовал одиночество прокаженного.
(специально вставил сюда эту фотографию, об этом человеке расскажу после- это удивительный служитель)
* Он чувствовал смущение согрешившего.
И, раз переболев их болями, Он не мог не излечивать их страданий. Всем Своим нутром Он чувствовал их нужды. Он был настолько тронут, что забыл Свои собственные. Боль людская настолько задела Его, что Свои страдания Он отложил на потом.
Может быть поэтому и в ваш мир Господь тоже посылает страждущих, ведь полное уединение и отказ от служения приравнивается к эгоизму. Однако временное уединение и служение открывает перспективу.
Вот история, иллюстрирующая мою мысль.
Когда я учился в средней школе, наша семья обычно каждый год на время весенних каникул отправлялась порыбачить. Однажды мой брат и мама не смогли поехать с нами, и отец позволил мне взять друга. Я пригласил Марка. Он был хороший парень и очень любил спорт. Получив разрешение его родителей, мы начали готовиться к поездке.
Ещё не успев уехать, мы уже начали предвкушать отдых. Представляли, как солнце согревает наши тела, когда плывем на лодке. Слышали жужжание катушки, чувствовали дёрганье удочки и как бьётся белый окунь, втаскиваемый в лодку. Мы ощущали запах рыбы, которую готовят на открытом огне.
Ожидание давалось с трудом. Дни тянулись как холодная патока. Наконец наступили весенние каникулы. Мы погрузились в наш домик на колесах и отправились к озеру.
Прибыли мы поздно ночью, развернули лагерь и отправились спать, видя сны о завтрашнем дне на солнышке. Но ночью подул не по сезону сильный северный ветер. Стало быстро холодать! Ветер был настолько силён, что на следующее утро мы едва смогли открыть дверь нашего лагеря на колесах. Небо было серое, а озеро стало нагорьем из белопенных волн. Никакой речи о рыбалке в такую погоду не могло и быть.
"Нет проблем", - сказали мы, - "проведем день в домике. В конце концов, у нас есть "монополия" и журнал. Мы знаем немного анекдотов. Это, конечно, не то, для чего мы приехали, но не будем унывать в беде и порыбачим завтра".
Итак, загнанные в домик, имея печку, чтобы согреться, и игру, чтобы убить время, мы, трое рыбаков, провели день... в помещении. Часы тянулись медленно, но они тянулись. Наконец настала ночь, и мы забрались в спальные мешки, мечтая о том, как завтра закинем удочки.
Удивление не миновало нас. На следующее утро дверь открывалась с трудом не из-за ветра, а льда!
Мы старались быть бодрыми. "Нет проблем", - бормотали мы, -"можем поиграть в монопольку... снова. Можем ещё раз перечитать рассказы из журнала. И наверняка вспомним ещё пару другую анекдотов". Но какими бы храбрыми мы не пытались быть, стало очевидно, что часть унылой серости покинула небо и вошла в наш лагерь.
Я начал замечать некоторые вещи, которые не видел раньше. Я заметил, что у Марка есть ряд свойственных ему недостатков. Он был чересчур самоуверен в своих мнениях. Легко сердился и был постоянно раздражителен. Не принимал никакой конструктивной критики. И хотя его носки действительно воняли, считал, что это не моё дело говорить ему об этом.
"В автоприцепе моего отца ты просто претендуешь на особое отношение", - огрызался я, ожидая, что отец придет мне на помощь.
Но отец просто сидел в углу и читал. "Да", - подумал я, - "где же он, когда я так нуждаюсь в нём?" А потом я стал видеть и отца в ином свете. Как-то на моё замечание, что яйца на завтрак полусырые, а тостер подгорел, он предложил мне попробовать моё умение на портативной плитке самому. "Ах, как трогательно", - пробормотал я, - "ничто так не трогает как курятник типа нашего автоприцепа, в котором мы заперты, и возможности увидеть в истинном свете, того, кто рядом".
И был долгий день. И была долгая холодная ночь.
Проснувшись на следующее утро под звук не то дождя, не то снега, шлепающего по крыше, мы даже не изображали бодрого вида. Мы вовсю сердились. С каждой последующей минутой Марк всё больше становился ничтожеством в моих глазах; я поражался, насколько я слеп, должно быть был, когда приглашал его. Да и отец не умел ничего делать толком; поразительно, как у некоторых таких раздражительных родителей могут быть такие уравновешенные сыновья. Целый день мы просидели в унынии, а наши рыболовные снасти были всё ещё не распакованы.
На следующий день стало ещё холоднее, и первыми словами отца были:
"Мы собираемся домой". Никто не возразил.
Я получил суровый урок в те дни. Он касался не рыбалки, а людей.
Если те, кого позвали рыбачить, не рыбачат, они воюют.
Когда энергия, которая должна быть направлена на работу вне, тратиться внутри, результатом, как правило, бывает взрыв. Вместо забрасывания сети, мы забрасываем друг друга камнями. Вместо протянутой руки помощи, мы тыкаем обличающими перстами. Вместо того, чтобы быть ловцами потерянных, мы становимся критиками спасенных. Вместо того, чтобы помочь страждущим, мы причиняем боль помощникам.
А результат? Церковь скряг. Показушная духовность. Глаза-щелочки, выискивающие бородавки у других, и игнорирующие свои собственные у себя под носом. Скрюченные пальцы, которые не замечают достоинств, а указывают на слабости.
Раскол церквей. Неубедительные свидетельства. Разбитые сердца. Узаконенные войны.
И что печальнее всего, бедные уходят голодными, запутавшиеся уходят без совета, а заблудшие уходят непонятыми.
Если те, кого позвали ловить рыбу, не ловят её, они воюют.
Но не забудьте и о другой стороне этой рыбацкой истории: если те, кого позвали ловить рыбу, ловят её, они процветают!
Ничто так не уладит любой случай раздражения, чем совершение вечернего богослужения. Ничто не возвращает истинное видение вещей лучше, чем посещение больничной палаты. Ничто не объединяет солдат лучше, чем общее задание. Оставьте их в казарме, не на линии фронта, на неопределенное время и посмотрите, что случится с их поведением. Они найдут любой предлог, чтобы быть недовольными. Койки слишком жесткие. Командиры слишком строгие. Компания, ставшая неинтересной. Но поместите тех же самых солдат в траншею, и пусть они покланяются пулям. И то, что было постылой казармой, будет казаться прибежищем. Койки будут восприниматься благом. Еда будет почти идеалом. Командиры будут наставниками. И от компании они будут в восторге.
Если те, кого позвали ловить рыбу, ловят её, они процветают!
Иисус знал это.
Он прибыл в Вефсаиду сильно опечаленный, усталый, с желанием остаться наедине с учениками. Никто бы не обвинил Его, отпусти Он людей. Никто не стал бы критиковать Его, отмахнись Он от них. Но Он не сделал этого. Потом... Он поступит так. Потом... Он потребует, чтобы они ушли, и будет искать одиночества.
Но не раньше, чем Он "излечил их больных" и "научил их многому". "Я" было забыто... было служение другим... душевное напряжение ослабло.
Учтите это. В следующий раз, когда "внешние" раздражители подталкивают вас захлопнуть дверь и остаться внутри, оставайтесь столько, сколько можете терпеть. А потом выходите, т.к. когда те, кого позвали ловить рыбу, не ловят её, они воюют.
Перевод: Валькова Н.Д.
"И, выйдя, Иисус увидел множество людей и сжалился над ними, и исцелил больных их". (Матф.14:14)
Хорошо, что эти строчки написаны не обо мне. Хорошо, что тысячи людей не завесили от меня, чтобы их научили и накормили. Особенно в день, когда я только что услышал о смерти своего дорого друга. Особенно, когда мне хотелось побыть одному с друзьями. Особенно после того, как я сел в лодку, чтобы скрыться от толпы. Будь я на месте Иисуса на том берегу Вефсаиды, эти строчки читались бы как-нибудь так:
Они были как овцы без пастыря. А Макс Лукадо повелел им прекратить пастись на его пастбище и отправляться назад в свои овчарни. Когда Макс высадился на берег и увидел большую толпу, он пробормотал что-то о том, как трудно было получить выходной и вызвал по рации вертолет. Потом вместе с учениками спрятался на частной вилле.
Хорошо, что я не отвечал за тех людей. У меня не было бы настроения учить их, не было бы охоты помогать им. У меня даже не было бы желания быть с ними.
Но как мне кажется, у Иисуса тоже не было желания быть с ними. В конце концов, Он и вправду покинул их, не так ли? У Него, несомненно, было намерение удалиться и побыть одному. Что же заставило Его передумать и провести день с людьми, встречи с которыми Он пытался избежать?
Где ответ? Взгляните на четыре слова из Евангелия от Матфея 14:14:
"Он сжалился над ними".
В этом абзаце греческое слово, взятое для выражения жалости, - splagcni-zomai не будет многое значить для вас, если вы не врач и не изучали "спланхнизоманию" в вузе. Если всё-таки изучали, то помните, что "спланхнизомания" это болезнь внутренних частей организма, или на современном жаргоне болезнь нутра.
Когда Матфей пишет, что Иисус имел жалость к людям, он не говорит, что Иисус испытал неожиданный прилив жалости к ним. Нет, термин куда более наглядный, Матфей говорит, что Иисус ощущал их боль Своим нутром:
* Он чувствовал хромоту увечного.
* Он чувствовал страдания больного. (это фото взято с сайта: http://www.rian.ru/photolents/20090601/172563115_5.html)
* Он чувствовал одиночество прокаженного.
(специально вставил сюда эту фотографию, об этом человеке расскажу после- это удивительный служитель)
* Он чувствовал смущение согрешившего.
И, раз переболев их болями, Он не мог не излечивать их страданий. Всем Своим нутром Он чувствовал их нужды. Он был настолько тронут, что забыл Свои собственные. Боль людская настолько задела Его, что Свои страдания Он отложил на потом.
Может быть поэтому и в ваш мир Господь тоже посылает страждущих, ведь полное уединение и отказ от служения приравнивается к эгоизму. Однако временное уединение и служение открывает перспективу.
Вот история, иллюстрирующая мою мысль.
Когда я учился в средней школе, наша семья обычно каждый год на время весенних каникул отправлялась порыбачить. Однажды мой брат и мама не смогли поехать с нами, и отец позволил мне взять друга. Я пригласил Марка. Он был хороший парень и очень любил спорт. Получив разрешение его родителей, мы начали готовиться к поездке.
Ещё не успев уехать, мы уже начали предвкушать отдых. Представляли, как солнце согревает наши тела, когда плывем на лодке. Слышали жужжание катушки, чувствовали дёрганье удочки и как бьётся белый окунь, втаскиваемый в лодку. Мы ощущали запах рыбы, которую готовят на открытом огне.
Ожидание давалось с трудом. Дни тянулись как холодная патока. Наконец наступили весенние каникулы. Мы погрузились в наш домик на колесах и отправились к озеру.
Прибыли мы поздно ночью, развернули лагерь и отправились спать, видя сны о завтрашнем дне на солнышке. Но ночью подул не по сезону сильный северный ветер. Стало быстро холодать! Ветер был настолько силён, что на следующее утро мы едва смогли открыть дверь нашего лагеря на колесах. Небо было серое, а озеро стало нагорьем из белопенных волн. Никакой речи о рыбалке в такую погоду не могло и быть.
"Нет проблем", - сказали мы, - "проведем день в домике. В конце концов, у нас есть "монополия" и журнал. Мы знаем немного анекдотов. Это, конечно, не то, для чего мы приехали, но не будем унывать в беде и порыбачим завтра".
Итак, загнанные в домик, имея печку, чтобы согреться, и игру, чтобы убить время, мы, трое рыбаков, провели день... в помещении. Часы тянулись медленно, но они тянулись. Наконец настала ночь, и мы забрались в спальные мешки, мечтая о том, как завтра закинем удочки.
Удивление не миновало нас. На следующее утро дверь открывалась с трудом не из-за ветра, а льда!
Мы старались быть бодрыми. "Нет проблем", - бормотали мы, -"можем поиграть в монопольку... снова. Можем ещё раз перечитать рассказы из журнала. И наверняка вспомним ещё пару другую анекдотов". Но какими бы храбрыми мы не пытались быть, стало очевидно, что часть унылой серости покинула небо и вошла в наш лагерь.
Я начал замечать некоторые вещи, которые не видел раньше. Я заметил, что у Марка есть ряд свойственных ему недостатков. Он был чересчур самоуверен в своих мнениях. Легко сердился и был постоянно раздражителен. Не принимал никакой конструктивной критики. И хотя его носки действительно воняли, считал, что это не моё дело говорить ему об этом.
"В автоприцепе моего отца ты просто претендуешь на особое отношение", - огрызался я, ожидая, что отец придет мне на помощь.
Но отец просто сидел в углу и читал. "Да", - подумал я, - "где же он, когда я так нуждаюсь в нём?" А потом я стал видеть и отца в ином свете. Как-то на моё замечание, что яйца на завтрак полусырые, а тостер подгорел, он предложил мне попробовать моё умение на портативной плитке самому. "Ах, как трогательно", - пробормотал я, - "ничто так не трогает как курятник типа нашего автоприцепа, в котором мы заперты, и возможности увидеть в истинном свете, того, кто рядом".
И был долгий день. И была долгая холодная ночь.
Проснувшись на следующее утро под звук не то дождя, не то снега, шлепающего по крыше, мы даже не изображали бодрого вида. Мы вовсю сердились. С каждой последующей минутой Марк всё больше становился ничтожеством в моих глазах; я поражался, насколько я слеп, должно быть был, когда приглашал его. Да и отец не умел ничего делать толком; поразительно, как у некоторых таких раздражительных родителей могут быть такие уравновешенные сыновья. Целый день мы просидели в унынии, а наши рыболовные снасти были всё ещё не распакованы.
На следующий день стало ещё холоднее, и первыми словами отца были:
"Мы собираемся домой". Никто не возразил.
Я получил суровый урок в те дни. Он касался не рыбалки, а людей.
Если те, кого позвали рыбачить, не рыбачат, они воюют.
Когда энергия, которая должна быть направлена на работу вне, тратиться внутри, результатом, как правило, бывает взрыв. Вместо забрасывания сети, мы забрасываем друг друга камнями. Вместо протянутой руки помощи, мы тыкаем обличающими перстами. Вместо того, чтобы быть ловцами потерянных, мы становимся критиками спасенных. Вместо того, чтобы помочь страждущим, мы причиняем боль помощникам.
А результат? Церковь скряг. Показушная духовность. Глаза-щелочки, выискивающие бородавки у других, и игнорирующие свои собственные у себя под носом. Скрюченные пальцы, которые не замечают достоинств, а указывают на слабости.
Раскол церквей. Неубедительные свидетельства. Разбитые сердца. Узаконенные войны.
И что печальнее всего, бедные уходят голодными, запутавшиеся уходят без совета, а заблудшие уходят непонятыми.
Если те, кого позвали ловить рыбу, не ловят её, они воюют.
Но не забудьте и о другой стороне этой рыбацкой истории: если те, кого позвали ловить рыбу, ловят её, они процветают!
Ничто так не уладит любой случай раздражения, чем совершение вечернего богослужения. Ничто не возвращает истинное видение вещей лучше, чем посещение больничной палаты. Ничто не объединяет солдат лучше, чем общее задание. Оставьте их в казарме, не на линии фронта, на неопределенное время и посмотрите, что случится с их поведением. Они найдут любой предлог, чтобы быть недовольными. Койки слишком жесткие. Командиры слишком строгие. Компания, ставшая неинтересной. Но поместите тех же самых солдат в траншею, и пусть они покланяются пулям. И то, что было постылой казармой, будет казаться прибежищем. Койки будут восприниматься благом. Еда будет почти идеалом. Командиры будут наставниками. И от компании они будут в восторге.
Если те, кого позвали ловить рыбу, ловят её, они процветают!
Иисус знал это.
Он прибыл в Вефсаиду сильно опечаленный, усталый, с желанием остаться наедине с учениками. Никто бы не обвинил Его, отпусти Он людей. Никто не стал бы критиковать Его, отмахнись Он от них. Но Он не сделал этого. Потом... Он поступит так. Потом... Он потребует, чтобы они ушли, и будет искать одиночества.
Но не раньше, чем Он "излечил их больных" и "научил их многому". "Я" было забыто... было служение другим... душевное напряжение ослабло.
Учтите это. В следующий раз, когда "внешние" раздражители подталкивают вас захлопнуть дверь и остаться внутри, оставайтесь столько, сколько можете терпеть. А потом выходите, т.к. когда те, кого позвали ловить рыбу, не ловят её, они воюют.
Перевод: Валькова Н.Д.
Письмо к Иисусу, составленное специалистами...
Письмо к Иисусу, составленное специалистами "Иорданской консалтинговой компании", специалисты которой тщательно проанализировали цель и структуру предприятия, а также на основе Нового Завета провели заочное психологическое тестирование 12 Апостолов.
Уважаемый Иисус!
Поздравляем Вас с новым бизнесом. Мы очень рады, что Вы, начиная новое дело, набрали те 12 человек, о которых мы узнали. Но, как нам кажется, Вами был допущен ряд серьезных ошибок при наборе команды. Мы протестировали всех, кого Вы набрали, и каждый получил оценку высококвалифицированного психолога. В результате мы пришли к выводу, что большинство членов коллектива не подходят для начатого Вами дела, так как не обладают достаточным образованием, опытом и знаниями.
К примеру, Симон, называемый Петром, эмоционально неустойчив и склонен к истерическим проявлениям. Андрей совершенно не обладает организаторскими способностями. Филипп боится трудностей. Из всех только Иаков и Иоанн заботятся об успехе предприятия. Фома склонен к сомнениям, что негативно сказывается на атмосфере в коллективе.
Вынуждены также сообщить Вам, что Левий Матфей попал в черный список Ассоциации Предпринимателей Иерусалима. Иаков Алфеев и Фаддей склонны к маниакально-депрессивному состоянию.
Мы пришли к выводу, что из всей команды только один человек отвечает большинству требований, он находчив и инициативен, коммуникабелен, ответственен, целеустремлен, имеет нужные связи в высших кругах. Именно его мы хотели бы рекомендовать на должность Вашего ближайшего помощника, чтобы начатое Вами дело оказалось успешным. Это Иуда Искариот. :)
(взято из просторов и-нета)
P.S. Мир всегда смотрит на внешнее,а Бог на характер!!!
Уважаемый Иисус!
Поздравляем Вас с новым бизнесом. Мы очень рады, что Вы, начиная новое дело, набрали те 12 человек, о которых мы узнали. Но, как нам кажется, Вами был допущен ряд серьезных ошибок при наборе команды. Мы протестировали всех, кого Вы набрали, и каждый получил оценку высококвалифицированного психолога. В результате мы пришли к выводу, что большинство членов коллектива не подходят для начатого Вами дела, так как не обладают достаточным образованием, опытом и знаниями.
К примеру, Симон, называемый Петром, эмоционально неустойчив и склонен к истерическим проявлениям. Андрей совершенно не обладает организаторскими способностями. Филипп боится трудностей. Из всех только Иаков и Иоанн заботятся об успехе предприятия. Фома склонен к сомнениям, что негативно сказывается на атмосфере в коллективе.
Вынуждены также сообщить Вам, что Левий Матфей попал в черный список Ассоциации Предпринимателей Иерусалима. Иаков Алфеев и Фаддей склонны к маниакально-депрессивному состоянию.
Мы пришли к выводу, что из всей команды только один человек отвечает большинству требований, он находчив и инициативен, коммуникабелен, ответственен, целеустремлен, имеет нужные связи в высших кругах. Именно его мы хотели бы рекомендовать на должность Вашего ближайшего помощника, чтобы начатое Вами дело оказалось успешным. Это Иуда Искариот. :)
(взято из просторов и-нета)
P.S. Мир всегда смотрит на внешнее,а Бог на характер!!!
Подписаться на:
Сообщения (Atom)